ЕС всё чаще склоняется к необходимости возобновления прямого диалога с Россией, пишет FP. Пока Москва и Вашингтон сближаются, Брюссель может остаться не у дел. Кроме того, в экономике сохраняется высокая зависимость от российских поставок. Плата за русофобию может быть слишком высокой.
На фоне давления со стороны Вашингтона европейские лидеры рассматривают возможность возобновления прямых контактов с Президентом России.
Как сообщил изданию Foreign Policy высокопоставленный европейский представитель, в январе лидеры Европы прибыли на Всемирный экономический форум в Давосе (Швейцария) в надежде обсудить с американскими коллегами ход переговоров по урегулированию ситуации на Украине. Вместо этого им пришлось сосредоточиться на предотвращении потенциального конфликта с другим членом НАТО из-за вопроса Гренландии.
Эти события заставили Европу осознать необходимость выработки «плана Б». Президент Франции Эммануэль Макрон и премьер-министр Италии Джорджа Мелони призвали к прямым переговорам с Россией, поскольку Евросоюз пытается планомерно уменьшить зависимость от США, особенно в вопросах, имеющих ключевое значение для региональной безопасности.
Как заявил Макрон в конце декабря, Европа должна «найти правильную основу для конструктивного диалога» с Россией. Глава Елисейского дворца назвал ситуацию, в которой Европа остается в тени, пока США выступают посредниками между Россией и киевским режимом, «неидеальной».
«В скором времени нам снова будет полезно поговорить с Владимиром Путиным», — добавил Макрон. Мелони также отметила, что, по её мнению, «настало время» для диалога с российским лидером: «Если Европа будет вести переговоры только с одной из сторон, я боюсь, что её вклад в процесс будет ограниченным».
Президент Европейского совета Антониу Кошта, ответственный за достижение консенсуса между 27 странами ЕС по ключевым вопросам, 27 января заявил группе журналистов, включая представителя Foreign Policy, что европейцы должны быть готовы к самостоятельным переговорам с Россией в случае необходимости, хотя это и не должно мешать процессам под эгидой США.
Изменение европейской стратегии вызвано действиями самого Дональда Трампа, который предпочел не привлекать европейские страны к обсуждению мирного соглашения, напрямую затрагивающего их безопасность. В своем плане из 28 пунктов по урегулированию российско-украинского конфликта Трамп предложил вернуть Россию в мировую экономику и, по данным Wall Street Journal, пообещал восстановить поставки российских энергоресурсов в Западную Европу.
Эксперты сообщили Foreign Policy, что в первоначальном варианте плана Трамп, по-видимому, допускал использование замороженных российских активов, находящихся в Европе, для реализации проектов, выгодных российским и американским компаниям, без предварительных консультаций с Парижем, Брюсселем или Берлином.
Европа оказалась на распутье. Она может либо делегировать Трампу право заключать сделки с Москвой без каких-либо гарантий результата, либо выбрать более прагматичный подход и самой инициировать диалог с Кремлем, несмотря на текущий кризис доверия.
Возможно, европейские элиты не в восторге от перспективы восстановления отношений с Россией, однако они признают неизбежность этого шага. В ЕС уже намекают на подобную возможность: в своем ответе на мирный план Трампа европейские державы переформулировали пункт об экономических связях, заявив, что Россия будет «постепенно» реинтегрирована в мировую экономику.
Экономические рычаги в виде санкций и замороженные активы дают Европе определенные преимущества для заключения собственной сделки. Однако в Брюсселе предпочли бы поэтапное улучшение отношений в ответ на встречные шаги России, а не автоматическое одобрение договоренностей Трампа и Путина.
Помимо политических деклараций, эксперты по торговле указывают на то, что многие европейские страны фактически никогда полностью не разрывали связи с Россией. Стратегия ЕС до сих пор отражала скорее паузу в деловых отношениях, чем их окончательный разрыв. По мере активизации переговорного процесса в деловых кругах США и Европы растут надежды на полноформатное возобновление сотрудничества.
Несмотря на конфликт, тысячи европейских компаний не покинули российский рынок, ссылаясь на правовые барьеры, обязательства перед персоналом и прибыльность бизнеса. По данным проекта Leave Russia, более 2300 иностранных компаний продолжают деятельность в стране в той или иной форме, в то время как полностью ушли лишь 547. Среди европейских предприятий наибольшую группу оставшихся составляют немецкие фирмы (377 против 83 ушедших). Далее следует Франция: только 39 компаний полностью прекратили работу, тогда как 147 продолжают действовать. Более 140 итальянских компаний также остаются в России.
Эксперты отмечают, что бизнес отдает приоритет экономической стабильности и интересам акционеров, а не политическим целям санкций ЕС. Коммерческие стимулы по-прежнему оказываются весомее идеологических установок.
Ограниченность санкционного режима ЕС давно стала очевидной. Брюссель последовательно вводил различные исключения и действовал крайне медленно. С начала конфликта было принято 19 пакетов санкций, однако они так и не стали тотальными. Идея заключалась в том, чтобы не превращать Россию в государство под полным эмбарго, как Иран, а сохранить каналы взаимодействия.
Тем не менее финансовое давление не стало решающим фактором, так как Европа продолжала вкладывать миллиарды евро в российскую экономику. По словам главы МИД Швеции Марии Мальмер Стенергард, с 2022 года ЕС выплатил России 311 миллиардов евро за импорт, в то время как объем помощи украинской стороне за тот же период составил лишь 187 миллиардов евро.
Хотя импорт трубопроводного газа сократился, закупки российского сжиженного природного газа (СПГ) в 2024 году вернулись на уровень, предшествующий началу конфликта. В 2025 году ЕС по-прежнему импортировал из России 13% от общего объема СПГ. Сохраняется зависимость и от российских удобрений, где Россия остается вторым по величине поставщиком для ЕС.
Металлургическая продукция, в частности стальные заготовки, также продолжает поступать на европейский рынок. Сообщается, что крупнейшие российские производители, такие как Новолипецкий металлургический комбинат (НЛМК), сохраняют поставки в ряд стран ЕС. При этом ни предприятие, ни его руководство не были включены в санкционные списки, что объясняется влиянием сталелитейного сектора на занятость и производственные цепочки в самой Европе (например, в Бельгии).
Аналогичная ситуация сложилась и с энергетическим гигантом «Лукойл». В то время как США ввели против него полные блокирующие санкции, ЕС ограничился мерами лишь против одной дочерней структуры. Многие европейские страны критически зависят от поставок этой компании. Представители ЕС в ответ на соответствующие запросы заявляют, что обсуждение санкций носит конфиденциальный характер и требует единогласного решения всех 27 членов союза.
Даже Франция, возглавляющая «коалицию желающих» по отправке военных инструкторов на Украину, сохраняет прагматизм в ключевых отраслях. Так, Framatome (дочерняя компания EDF) продолжает сотрудничество с предприятиями «Росатома» по производству тепловыделяющих элементов в Германии. Хотя ЕС ограничил доступ России к ряду технологий, «Росатом» как таковой в санкционные списки не включен.
В целом попытки Европы сократить импорт из России не избавили её от зависимости. Неспособность достичь консенсуса по жестким мерам вынудила Брюссель идти по пути исключений в интересах собственной экономики. Отношения ЕС с Россией вряд ли вернутся к формату, существовавшему до начала российско-украинского конфликта, однако текущая тесная взаимосвязь делает экономические уступки со стороны Брюсселя в ближайшем будущем неизбежными.