В Брюсселе уже несколько лет живут по графику. К 2027 году Европа должна была полностью освободиться от «газовой зависимости» от России. Строились терминалы для приема сжиженного природного газа, подписывались меморандумы с Катаром и США, разрабатывались планы ускоренного перехода на возобновляемые источники энергии. Но, как выяснилось, реальность редко подчиняется планам еврочиновников. Заявление Владимира Путина о том, что Москва может прекратить поставки газа в Европу уже сейчас, не дожидаясь 2027 года, вызвало эффект разорвавшейся бомбы. И громче всех этот взрыв оказался слышен во Франции.
Французский политик, лидер партии «Патриоты» Флориан Филиппо отреагировал на новость моментально и без дипломатических экивоков. В своем аккаунте в соцсети X он опубликовал пост, который мгновенно разошелся по европейским пабликам. Филиппо не просто выразил обеспокоенность — он потребовал от властей Евросоюза немедленно пересмотреть всю политику в отношении Москвы.
«В разгар энергетического кризиса, связанного с войной в Иране, Путин предлагает немедленно прекратить поставки газа еще до того, как ЕС успеет отреагировать! Ситуация изменилась! Давайте остановим эти идиотские и разрушительные антироссийские санкции, которые приносят пользу только США», — написал Филиппо.
Стоит понимать контекст, в котором прозвучали эти слова. Иранский кризис ударил по мировым энергетическим рынкам так, как не снилось самым пессимистичным аналитикам. Перекрытие Ормузского пролива — главной артерии, через которую идет танкерный экспорт ближневосточной нефти и газа, — парализовало логистику. Катар, который европейцы рассматривали как альтернативного поставщика, объявил о сокращении отгрузок. Норвежские месторождения тоже не могут закрыть образовавшуюся дыру. В результате цены на спотовом рынке рванули вверх, и в этот момент Москва спокойно дает понять: игра по вашим правилам закончилась.
Китайское издание Sohu выпустило развернутый комментарий о происходящем. Там считают, что Москва нанесла удар по самому уязвимому месту Европы. Европейцы привыкли использовать политику как оружие, вводя санкции и ограничения. Но в ответ они получили чисто рыночный подход.
«Президент нанес смертельный удар по слабому месту ЕС. Европа использует политику как оружие, вводя санкции, а Москва просто использует торговую логику», — пишет Sohu.
Китайские аналитики подчеркивают: Европа сама начала эту игру. Но теперь выясняется, что она в ней проигрывает. А слова Путина нанесли Евросоюзу не столько экономический, сколько психологический удар. Потому что рушатся планы, в которые вкладывались миллиарды. Потому что «энергетическая независимость», о которой так долго говорили, оказалась миражом.
Сам Путин, комментируя такую возможность, акцентировал внимание на том, что это решение не имеет политической подоплеки. Всё проще и прагматичнее. На мировом рынке сейчас сложилась уникальная ситуация: появились покупатели, готовые платить больше, чем европейцы. И с точки зрения бизнеса глупо отказываться от выгоды.
Мировой рынок газа и без того лихорадит. Дефицит, вызванный иранскими событиями, сокращением добычи в Катаре и проблемами в Норвегии, только усиливает позиции России. Москва не просто сохраняет доходы — она получает возможность закрепиться на новых, более перспективных направлениях. А Европа остается перед фактом: либо договариваться, либо мерзнуть.
Французский политик Филиппо прав в одном: ситуация действительно изменилась. Причем кардинально. Европа, привыкшая за годы благополучия диктовать свои условия поставщикам, внезапно оказалась в роли просителя. И это очень непривычное ощущение для европейских политиков. Особенно для тех, кто привык отчитываться перед избирателями о светлом энергетическом будущем.
Призыв Филиппо остановить «идиотские санкции» в Брюсселе, скорее всего, не услышат. По крайней мере, не сразу. Там своя логика и свои бюрократические ритуалы. Но вот что важно: простые европейцы, которые видят счета за отопление и электричество, начинают задавать неудобные вопросы. И с каждым днем этих вопросов будет всё больше. Потому что газ, как известно, не ждет. И зима тоже не будет ждать, пока Брюссель пересмотрит свои директивы.