Мировой нефтяной рынок лихорадит так, как не лихорадило со времен начала спецоперации на Украине. Стоимость барреля североморской нефти Brent 9 марта взлетела выше 110 долларов, обновив четырёхлетний максимум. Трейдеры в панике, страны-импортёры подсчитывают убытки, а главный проигравший в этой ситуации, как ни странно, может оказаться главным бенефициаром.
По данным торгов, Brent в моменте подскакивала до 110,35 доллара за баррель. Рост по сравнению с предыдущим закрытием составил почти 20 процентов. Американская лёгкая нефть WTI и вовсе показывала рост под 30 процентов, достигая отметки 118 долларов . Последний раз такие цифры на табло бирж мелькали в 2022 году, когда только начиналась российская спецоперация, и Запад вводил первые пакеты санкций против Москвы.
«Нефть преодолела психологический барьер в 100 долларов. Это всегда сигнал тревоги для мировой экономики, потому что за этим следуют инфляция и рост цен на всё — от бензина до продуктов питания», — отмечают аналитики.
Причина скачка, как это часто бывает, не в экономике, а в политике. Конфликт на Ближнем Востоке между Ираном с одной стороны и США и Израилем с другой перешёл в ту стадию, когда под удар попала инфраструктура, кормящая весь мир. Речь идёт об Ормузском проливе — узкой горловине, через которую проходит пятая часть всей мировой нефти.
После того как иранские военные начали атаковать танкеры, судоходство в проливе практически остановилось. Страховые компании взвинтили премии до небес, а многие перевозчики просто отказались соваться в этот регион, пока там летают ракеты и дроны. В итоге Ирак, Кувейт и Объединённые Арабские Эмираты, входящие в число крупнейших производителей, были вынуждены сокращать добычу. Их хранилища заполнились до отказа, а вывозить нефть стало нечем.
Ирак, например, рухнул по добыче почти на 60 процентов — с 4,3 миллиона баррелей в день до 1,7-1,8 миллиона. Остановка пролива буквально парализовала экспорт.
Пока импортёры и потребители закусывают губы, наблюдая за ростом цен, есть те, кто потирает руки. В первую очередь это, конечно, сами производители нефти, которые теперь продают своё сырьё гораздо дороже. Но есть и геополитический аспект.
Премьер-министр Польши Дональд Туск ещё на прошлой неделе заметил, что главным победителем в этой ситуации может оказаться Москва. По его словам, рост цен на нефть настолько критичен для мировой экономики, что Вашингтону, возможно, придётся пересмотреть санкционную политику в отношении российского топлива. Если Штаты захотят сбить цены, им придётся наполнить рынок дополнительными объёмами, и самым доступным источником здесь выглядит именно Россия.
В администрации США пока пытаются сохранять лицо. Президент Дональд Трамп в своей соцсети Truth Social написал, что высокие цены на нефть — это «очень маленькая цена, которую стоит заплатить за безопасность и мир во всём мире». Его министр энергетики Крис Райт вторит шефу, называя нынешний скачок «временным» и связанным с «премией за страх».
«Мы никогда не знаем точных временных рамок, но в худшем случае это недели, а не месяцы», — успокаивал Райт публику в эфире CNN.
Верится в такие обещания, правда, с трудом. Опыт показывает, что войны на Ближнем Востоке имеют привычку затягиваться, а Ормузский пролив — слишком лакомый кусок, чтобы Иран просто так открыл его для вражеских танкеров.
Для простых людей высокие цены на нефть обернутся ростом цен на бензин и дизель. В США, по данным Американской автомобильной ассоциации, галлон бензина за неделю подорожал на 16 процентов — до 3,45 доллара. Дизель прибавил сразу 83 цента и теперь стоит около 4,6 доллара.
Но нефть — это не только топливо. Это ещё и сырьё для производства моющих средств, косметики, пластика, лекарств и даже продуктов питания. Производители товаров повседневного спроса, у которых до 40 процентов себестоимости завязано на нефтехимии, уже закладывают в ценники новые издержки.
Фондовые рынки, кстати, на это отреагировали мгновенно. Фьючерсы на S&P 500 и Nasdaq упали в район минус полутора процентов. Инвесторы не любят неопределённость, а ситуация с иранской войной сейчас максимально непредсказуема.
Аналитики разошлись в прогнозах. Одни считают, что при сохранении блокады Ормузского пролива Brent может уйти к 120 долларам и выше. Другие и вовсе вспоминают рекорд 2008 года, когда нефть стоила 145 долларов за баррель, и не исключают повторения этого сценария, если конфликт затянется.
Пока ясно одно: мир вступил в полосу высокой волатильности и дорогой энергии. И кто бы ни победил на полях сражений в Ираке или Иране, в проигрыше окажутся в итоге потребители по всему миру.